Пьеро ди Козимо - самый странный и загадочный художник Итальянского Возрождения. Его картины наполнены скрытыми смыслами, причудливыми образами и не подчиняются никаким канонам.   Неудивительно, что этот портрет Симонетты Веспуччи долгое время трактовали совершенно иначе. Искусствоведы упорно не желали видеть в нём изображение флорентийской красавицы — несмотря на то, что внизу крупными буквами написано её имя: SIMONETTA IANVENSIS VESPUCCIA, что буквально означает «Симонетта Веспуччи, генуэзка». (В Википедии, к слову, по этому поводу до сих пор стоит чепуха.) Нет, никто не хотел верить, что надпись подлинная. Со времён Вазари эту картину упорно считали изображением Клеопатры - тем более, что в композиции присутствует змея, якобы ключ к её идентификации. Однако последние исследования подтвердили: надпись оригинальная и была нанесена, скорее всего, одновременно с самим портретом. А змея здесь имеет совсем иной смысл. Та, что свернулась на груди Симонетты - не ядовитая гадюка (верхнее фото справа) или кобра, от укуса которой умерла Клеопатра. Это обычный уж или безвредный полоз (нижнее фото справа).  Люди XV века прекрасно отличали этих змей: они даже охотились на гадюк, чтобы добыть вещество, считавшееся лекарством от чумы. А Пьеро ди Козимо - знаток природы, и тонкий её наблюдатель - не мог случайно ошибиться. Змейка, обвивающая золотое ожерелье, почти кусает собственный хвост. Такой мотив, возможно, восходит к греко-египетской традиции и символизирует вечность, совершенство  и бессмертие красоты. Пьеро написал этот портрет в начале 1480-х годов - минимум через пять или шесть лет после смерти Симонетты. Говорят, что этот посмертный портрет не может быть достоверным. Но Пьеро было тринадцать, когда во Флоренции проходил тот знаменитый рыцарский турнир, где он мог видеть Симонетту. И ему было четырнадцать, когда её несли в открытом гробу через весь город. Я не исключаю, что он мог запомнить её черты. Достаточно, чтобы позже воссоздать их уже зрелым художником. Портрет же полон символики: тёмное, словно сгущённое облако, на фоне которого проступает профиль; взгляд, обращённый к закату; обнажённые деревья, сухие ветви - всё говорит о её преждевременной смерти. И всё же тело Симонетты развёрнуто к зрителю почти фронтально. Её обнажённая грудь — не просто элемент эротики, а знак красоты, в которой соединены плоть и дух. Несмотря на то, что это посмертный образ, Пьеро ди Козимо сумел показать Симонетту живой и одновременно чувственной и одухотворённой. В этом его портрет отличается от образа у Боттичелли, о котором я расскажу в следующем посте. P.s. Кстати, ещё одна ассоциация-загадка. На голове Симонетты - замысловатая причёска из локонов и кос, украшенная жемчугом и рубинами и похожая на клубок - vespaio («осиное гнездо») Это слово напоминает фамилию Симонетты - Vespucci. #пьеродикозимо #симонеттавеспуччи #искусствовозрождения