Используя ИИ и одновременно традиционную живописную технику, цель Ремуса Греку является доказать, что человек точнее, искуснее и главное, - глубже машины. При этом он принципиально работает с классическими материалами , такими как маслом, холстом и инструментами, которыми художники пользуются веками. У немцев есть выражение Kunst kommt von Können — «искусство происходит от умения». Но само по себе умение ещё не делает художника мастером. Точно так же одни лишь идеи и концепты не превращают мыслителя в художника. Лишь сочетание техники, мастерства и мысли (не только композиционной) рождает художника с большой буквы. В этом контексте особенно важна игра Греку с «мышлением» ИИ и его своеобразное «разоблачение». Именно здесь, кажется, скрыт ключ к пониманию его творчества. Если я правильно понимаю, Греку намеренно ищет в изображениях, созданных ИИ, характерные «ошибки»: неестественно гладкую кожу, странные цветовые решения, искажения формы, невозможное освещение. Этот идеальный «цифровой абсурд» он затем переносит на холст. В живописи художник работает слоями, накладывая полупрозрачные лессировки, создающие эффект внутреннего свечения - того самого, который мы привыкли видеть на экранах. Он доводит сфумато до крайности: на лицах почти отсутствуют резкие мазки, поверхность кажется обработанной цифровым аэрографом. Это сделано намеренно. Зритель должен «узнать» след ИИ. Холодность, искусственность и странность становятся темой произведения. Греку использует цвета, редко встречающиеся в классической живописи, но привычные для цифровой среды: неоновый розовый, холодный «экранный» голубой, перенасыщенный красный. Он имитирует эффект HDR, усиливая контраст между глубокими тенями и ослепительными светами. Его картины отличаются гипертрофированной детализацией: текстуры тканей - бархата, шелка- прописаны с почти маниакальной точностью, выходящей за пределы обычного человеческого восприятия. Фоны выглядят как театральные декорации, словно сгенерированные машиной. Освещение намеренно «ошибочно»: свет может падать сразу с нескольких сторон, создавая ощущение студийной съемки, типичной для изображений ИИ. Художник также использует синтетические медиумы, ускоряющие высыхание и придающие поверхности эмалевый блеск. В результате ткань на его картинах напоминает не натуральный материал, а пластик или жидкий металл — ещё одна отсылка к тому, как ИИ интерпретирует реальность. Возникает вопрос: легитимно ли такое искусство? С точки зрения арт-рынка - да. Финальный результат - это ручной труд. Греку не печатает изображение, а использует ИИ как инструмент, как «расширенный эскиз». Он исследует сам феномен искусственности, переводя «цифровое» в «аналоговое». И этот переход уже становится художественным высказыванием. Греку не одинок. Сегодня формируется целое направление, которое условно называют ИИ-реализм или Post-AI Figurative Art. Однако многие художники в этом поле визуализируют тревоги и страхи, тогда как Греку ведёт с ИИ диалог о красоте. Те, кто просто механически копирует сгенерированные изображения, быстро исчезают. Но если ИИ используется как источник неожиданных композиций, а художник привносит собственную технику и язык, как Греку со своими сложными лессировками, тогда ИИ становится не хозяином, а соавтором или темой. И такие работы становятся интересными. Останется ли это актуальным через 20 лет? Имея ввиду, что вырастает новое поколение, визуальный мир которого сформировался на экранной, инстаграммной, «цифровой» базе, то интерес к такому творчеству, на мой взгляд, запрограммирован. Греку и его коллеги, впервые занявшиеся этой темой в последнии пять лет, вполне могут стать частью истории искусства как первооткрыватели нового и ставшего привычным для всех визуального языка.